«...вот живые существа, которых вы можете есть» из всех животных, что на земле: всякое с раздвоенными копытами, с расщепленными копытами, которое отрыгивает жвачку, из скота — его можете есть». Только таких не ешьте из отрыгивающих жвачку и имеющих раздвоенные копыта: верблюда, потому что он жвачку отрыгивает, но копыта его не раздвоены... шафана (дамана), потому что он жвачку отрыгивает, но копыта его не раздвоены, и зайца, потому что (хотя) он жвачку отрыгивает, но нет у него раздвоенного копыта.., и свиньи, потому что копыта у нее раздвоены и с разрезом, но жвачку она не отрыгивает». Ваикра, 11:2-4 Текст Торы, кроме буквального понимания, предполагает и аллегорическое прочтение. Но оно требует от человека развитого образного мышления. Четыре вида животных, запрещенных для употребления в пищу, — один из самых ярких примеров. По традиции известно, что они  символизируют четыре мировые державы, противостоявшие евреям на протяжении долгой истории: верблюд — Вавилон, даман — Персия, заяц — Греция, свинья — Рим. Но для того, чтобы ответить на вопрос «Почему именно эти животные?», необходимо познакомиться с системой образов Торы. Авраам, которому было велено взять четырех животных разных видов и голубя и принести их в жертву (Берешит, 15:13), знал, что они указывают на одно из государств, которые в будущем будут властвовать над его потомками. Об этом было известно и Яакову, видевшему во сне лестницу, по которой поочередно поднимаются и спускаются четыре ангела (Берешит, 28:12; Раши). Наиболее полно четыре царства и периоды их господства описаны в книге Даниэля. Это и четыре составляющие колосса во сне Невухаднецара: золотая голова, серебряные грудь и руки, медный живот и глиняные ноги; и четыре сражающихся друг с другом животных. Источник, из которого четыре царства черпают энергию, был раскрыт пророку Йехезкелю: он видел четырех ангелов с головами животных под Престолом Славы (Мальбим). А Зхарье открывается, что каждая из этих сил, проявляясь и становясь доминантной при становлении одного из царств, не исчезает, когда оно утрачивает свое могущество. Потенциал, заложенный в нем, становится одной из составляющих сил новой мировой державы. Наши мудрецы также говорят о связи определенного царства с одним из четырех основных преступлений народа Израиля: идолопоклонством, убийством, развратом, использованием дара речи во вред ближнему. Каждое из них соответствует одной из четырех основ материи: огню, воде, воздуху, земле. До тех пор, пока еврейский народ сохраняет свой высокий духовный уровень, эти силы не властны над ним. Огонь, разрушающий все материальные формы, становится наказанием за идолопоклонство, причина которого коренится в желании приписать Всевышнему свойства элементов природы или человека и изобразить Его как один из объектов окружающего мира. Не случайно Вавилон, жители которого поклонялись огню, стал разрушителем Иудеи, погрязшей в идолопоклонстве со времен царя Менаше. Вода, будучи лишена ограничительных рамок сосуда, способна распространяться и разрушать. Она является выражением желания людей забыть о единстве, отдалиться от объединяющего начала и, в конце концов, разрушив все связи, превратиться в отдельные капли, каждая из которых считает себя самодостаточной, ибо способна отразить весь мир. Вода становится наказанием за пролитие крови — изгнание души из тела. Изгнание духовного объединяющего начала из общества также называется пролитием крови, и сыновья Израиля, отказавшись от Торы, теряют свою жизнеспособность. Слово «Парас» («Персия») происходит от ив-ритского корня, значение которого — «распространяться». Персы (быстро заполнявшие пространство подобно растекающимся водам) — народ, отличавшийся грубой силой (Авода Зара, 26). Они стали наказанием за пролитие крови в эпоху Первого Храма. Воздух — ветер, который мечется между холодом и теплом, становится наказанием за разврат, который характерен для людей, постоянно меняющих свои привязанности из-за отсутствия духовной связи. Греция, поклонявшаяся внешней красоте, стала наказанием за это преступление. Земля — символ дара речи, используемого для того, чтобы сеять вражду, которая разъединяет людей и делает их похожими на сухие комья земли. Рим, не создавший собственной религии и известный коварством, лживостью и надменностью своих жителей, стал наказанием за дурной язык и беспричинную ненависть, распространившуюся среди сыновей Израиля в конце периода Второго Храма. Но вернемся к животным, запрещенным для употребления в пищу. Выбор верблюда, как образного выражения сущности Вавилона, вполне понятен: «гамаль» значит «оторванный», «не нуждающийся в питании». Отрывание ребенка от груди, когда женщина перестает кормить его своим молоком, называется «гмила» (тот же корень, что и «гамаль»). Вавилон лишил евреев Шхины, постоянно поддерживавшей их существование. Даже после возвращения из Вавилонского плена Шхина не вернулась к нам в полной мере. Постоянное пророчество прекратилось, и мы стали похожи на человека, который идет по пустыне, имея некоторый запас воды. Все, что у него есть, — есть. А пополнить этот запас неоткуда. После Вавилонского изгнания начался период осмысления того, что мы получили раньше в период пророчества. Персия сравнивается с даманами, которые живут на уступах скал в гористой местности. Каждый из них выглядывает из-за своего камня, и они никогда не собираются вместе. Даман стал образом Персии, потому что в ней еврейский народ, разделившись на отдельные общины, в значительной степени перестал представлять из себя нечто целое. Заяц, известный своим быстрым бегом, символизирует греческий период: евреи, убегая от преследований, которым они подвергались на Земле Израиля, расселились по разным странам. А это привело к еще большему разъединению. Свинья символизирует Рим. Раздвоенные копыта при отсутствии внутреннего признака кашерности — ее отличительная черта. Рим предложил всему миру религию, очень похожую на иудаизм, но лишенную глубины, которая есть в Торе. Получается, что животные, о которых говорится в нашей главе, — рассказ о том, что произошло с нами на протяжении истории.                                                                                                                                                                             ...

    Есть мнение, что в седьмой день Песаха, когда празднуется чудо перехода через море, еврейский народ показывает, что радость наша остается сдержанной, поскольку египтяне утонули в обрушившихся на них водах.   И поэтому мы сокращаем утреннюю молитву и не произносим Галель (песнь, восхваляющую Всевышнего за чудесное спасение) полностью.  Это — ошибочное объяснение нашей традиции и правил составления праздничных молитв. Не существует понятия «траур по поводу гибели злодеев». Не будем превращать нашу древнюю традицию в комедию — никто из мудрецов не завещал нам выражать соболезнование родственникам египтян, истязавших нас и бросавших наших детей в реку, а потом «почему-то» утонувших в море, или родственникам нацистов, погибших на фронтах Второй мировой, но успевших отправить в газовые камеры шесть миллионов евреев.   Рав Хутнер в своей книге «Пахад Ицхак» разъясняет, что Галель читается в те дни, когда в Храме приносилась особая праздничная жертва. При этом, если одно и то же количество животных приносилось в качестве праздничной жертвы несколько дней подряд, то только в первый день праздника Галель принято читать полностью, а в остальные дни — в сокращенном варианте. Такая ситуация возникает в Песах. ...

      Понедельник, канун Песаха, 19 апреля 1943 года... В этот вечер я направлялся в дом номер четыре на улице Кожа для того, чтобы раздобыть электрические батарейки для нашего боевого отряда. Неожиданно для себя я оказался в квартире рава Майзеля. Когда я переступил порог его дома, я вспомнил, что сегодня Песах, первая ночь седера. В доме царил полный хаос. Разбросанные по полу простыни, наволочки и масса других вещей. Перевернутые стулья. Все окна были разбиты вдребезги. В течение дня, пока жильцы дома скрывались в подвале, их жилище было полностью разворочено. Только стол стоял посередине комнаты —странный праздничный стол посреди всего беспорядка, царившего в квартире. Стаканы с вином на столе — их краснота напоминала кровь евреев, погибших в день праздника свободы.    Пасхальная Агада зачитывалась под аккомпанемент выстрелов и взрывов, которые в эту ночь гремели в гетто один за другим. Огонь от пылающих домов освещал лица сидевших вокруг стола. Настроение собравшихся менялось в зависимости от грохота выстрелов и взрывов. В тот момент, когда выстрелы стихли и появилась надежда на спасение, рав произнес свое самое искреннее пожелание: может быть, произойдет чудо, подобное произошедшему в Египте.    Но снова нас накрыла волна отчаяния и понимание того, что мы поколение пустыни, судьба которого — быть уничтоженным... Один за другим — до последнего человека.    Рав, растерянный и напуганный всеми новостями о происходящем в гетто, сел за праздничный стол только для того, чтобы выполнить предписания праздника. Но чем больше он углублялся в чтение Агады, тем сильнее его охватывало чувство безысходности. В его мыслях встретились и смешались тогдашнее избавление и сегодняшнее уничтожение. ...

Радостная мать сыновей    Рабби Иссахар Шломо Тайхтель родился в 1885 г. в Венгрии. Он проявил способности в учебе и получил назначение на должность раввина в городе Пиштану. ...

  Имя «Мордехай Ваануну» известно каждому израильтянину. Человек, носящий его, в девятилетнем возрасте репатриировался с родителями из Марокко в Израиль, учился в Беер-Шевском университете, в 1976 г. был принят на работу в Центр ядерных исследований в Димоне на довольно скромную должность технолога и в 1985 г. был оттуда уволен. С увольнением началась новая жизнь Мордехая Ваануну за пределами покинутого им Израиля. Через полгода он встретился с колумбийским журналистом из британской газеты «Санди Таймс» и предложил тому информацию о ядерных проектах Израиля. Руководство газеты за свой счёт привезло Ваануну в Лондон, где специально нанятые учёные-ядерщики тщательно «проинтервьюировали» его и признали полученную информацию достоверной. 5 октября 1986 г. была опубликована сенсационная статья, содержащая сведения о том, что происходит на шести этажах ядерного центра в Димоне и особенно во «втором отделе», где работал Ваануну. Утверждалось, что на тот момент Израиль произвёл от 100 до 200 атомных бомб, а также одну нейтронную бомбу, с помощью которой можно уничтожить на обширной территории всех животных и людей без малейшего ущерба сооружениям. Судя по всему, Ваануну на своем рабочем месте втайне сделал множество фотоснимков. Более того, существуют подозрения, что часть украденного и вывезенного им материала до сих пор находится в Европе, в тайнике, известном одному ему. ...

      Сказали наши мудрецы: «В каждом поколении человек должен смотреть на себя как на того, кто совершил исход из Египта».     Следуя этому наставлению, расскажите за пасхальным столом не только о выходе сыновей Израиля из Египта, но и о себе, о своем личном исходе. Расскажите о том, что СССР — на иврите записывается как «са-мех» — «самех» — «самех» — «рэш», и, если сложить числовые значения этих букв (60, 60, 60, 200), получится 380, что соответствует числовому значению слова «Мицраим» — «Египет» («мэм» — 40, «цади» — 90, «рэш» — 200, «иуд» — 10, «мэм»—40).     Напомните слушателям, что как из Египта не мог выйти ни один раб, так и из Советского Союза нельзя было уехать.    Расскажите, что как в Египте строили пирамиды, так и в Советском Союзе любили возводить монументальные комплексы.  ...

      Зимой 1969 года я приехал из Риги в Ленинград для встречи с двумя соредакторами нелегального сионистского издания «Итон», который должен был стать первым и единственным в своем роде газетой-журналом, издаваемым на территории Советского Союза после войны.   Задачей «Итона» было распространение информации о борьбе за право выезда в Израиль, а также воспитание евреев в духе преданности еврейскому народу и еврейской традиции.     На явочной квартире, которая принадлежала Эстер Вайнгер (ныне — ведущей сотруднице «Голоса Израиля»), собралась редколлегия: Виктор Богуславский, Лев Корнблей и я . ...

В главе «Цав» продолжается рассказ о переносном Храме, о посвящении кознов и освящении самого шатра собрания. Переносной Храм, сооруженный в пустыне, стал прообразом Иерусалимского Храма, возведенного на горе Мория царем Шломо через 480 лет после Исхода. Шхина — Божественное Присутствие, которое может проявляться как пророческие видения, голос или сильное интуитивное ощущение близости Всевышнего, обычное для пророков и присущее всем сыновьям Израиля в те моменты, когда они посещают Храм или становятся свидетелями чуда, нарушающего законы природы. Храм оказывал воздействие на души людей и на происходящее в природе — на дожди, урожайность земли и вкус плодов. Проявление духовных миров через материальные структуры несло с собой благословение, радость и благополучие, а у тех, кто оказывался достойным, просыпался пророческий дар. Поэтому пребывание Шхины среди народа Израиля связывают с Храмом, а ее уход — с его разрушением. Если грехи превышают допустимый уровень, подавляющее большинство сыновей Израиля утрачивает способность ощущать духовный свет в полную силу. Это и называется уходом Шхины. Лишившись помощи Небес, еврейский народ утрачивает тот нравственный уровень, который необходим, чтобы удержаться на Святой Земле, и уходит в изгнание, где духовный свет исчезает и во внешнем мире не происходят явные чудеса. Однако Божественное Провидение никогда не оставляет народ: Оно не всегда защищает от страданий и бед, но сохраняет его и, незаметно поворачивая события, приводит к избавлению и возвращению на Родину. ...

 «Чем отличается эта ночь от всех остальных ночей? Почему во все остальные ночи мы едим разные виды зелени, а в эту ночь — только горькие травы?»    В то время, когда стоял Храм и приносилась пасхальная жертва, каждый еврей был обязан есть мясо пасхальной жертвы вместе с мацой и горькой зеленью. Следовательно, горькая зелень символизирует один из основных аспектов свободы. Но на первый взгляд подобный вывод противоречит традиционному разъяснению смысла заповеди есть горькую зелень: «Этот марор, в знак чего мы едим его? В знак того, что горькой делали египтяне жизнь отцов наших в Египте, как сказано (Шмот, 1:4): «...и огорчали жизнь их трудом тяжелым над глиной и кирпичами, и всяким трудом в поле, и всякой работой, к которой принуждали их с жестокостью».   Общим для всех сынов Израиля (кроме физических страданий и унижения) стало чувство горечи, вызванное непониманием того, как друзья, соседи, коллеги и единомышленники превратились во врагов и мучителей. На это указывает название горькой зелени — марор, образованное от слова мар—«горький» или (в переносном смысле) «огорчительный». ...

  Песах без мечты о свободе — как Рош а-шана — без раскаяния. Слушая шофар, нужно перевернуть свою душу, а вкушая мацу, нужно всей душой устремиться к свободе.     Но есть люди, для которых Песах —просто домашний праздник. И не мешайте вы им разговорами о поселенцах, территориях, цельности земли Израиля, неделимости Иерусалима, Храмовой горе и будущем Храме — дайте им спокойно вспоминать о том, что было 3300 лет назад. Люди эти, забывая о вечной борьбе за свободу, извращают традицию наших мудрецов.     «Был случай. Раби Элиэзер, раби Йеошуа, раби Элазар бен Азарья, раби Акива и раби Тарфон сидели в Бней-Браке и всю ночь первого дня праздника Песах рассказывали об исходе из Египта, пока не пришли их ученики и не сказали им: «Учителя наши, приблизилось время чтения утренней молитвы Шма». ...