Пока не пришел наш праотец Авра'ам в мир, казалось, что Пресвятой, благословен Он, правит только на небесах. Как сказано: "Всевышний - Бог Небес". Но когда пришел в мир наш праотец Авра'ам, он сделал Всевышнего царем на небе и на земле. Как сказано: "Вот я заклинаю тебя Всевышним, Богом неба и Богом земли". Сифри 313 С Авра'ама начинается восстановление прямой связи с Творцом: "увидев" человека, готового пожертвовать своей жизнью ради раскрытия Его Присутствия, Всевышний избрал нашего праотца и направил в его мозг и сердце вечно бегущий луч, который, пронизывая каждую мысль, слово и движение, накрепко привязывает их к Источнику света. ...

Богатый шумный караван движется из Падан-Арама, поднимая столб пыли в заиорданской степи. Яаков - пешком, четыре жены, одиннадцать сыновей и дочь Дина - на верблюдах, мелкий скот, ослы, буйволы, слуги, служанки... После тридцати четырех лет, проведенных на чужбине, Яаков возвращается в Землю Святости. С нетерпением ожидая встречи с отцом и матерью, по которым тосковал все эти долгие годы, он вспоминает, как, убегая от брата, задумавшего убить его, пересек Иордан с одним только посохом. Перед тем, как Яаков оставил пределы Святой Земли, Всевышний привел его на то место, с которого началось творение всего мира. Властелин вселенной опустил солнце на два часа раньше - и наш праотец заснул на горе Мория. Именно в этот момент родилось у Яакова осознание того, что Всевышний не оставит его и будет помогать даже там, где властвует похожее на тьму злодейство. Это дало силы верить и мечтать о том времени, когда можно будет повсюду ощутить Его Присутствие. Пребывание в Падан-Араме подобно всем будущим изгнаниям, которые придется пережить еврейскому народу. Всевышний ни на мгновение не оставляет Яакова, но Его Присутствие не проявляется явно: не происходит чудес, не звучит Голос и нет пророческих видений. Всевышний прячется, и кажется, что спасение и помощь приходят не из Его рук, а через тех, кому поручено заботиться о Яакове. У Творца вселенной много посланцев: это и ангелы, исполняющие Высшую волю, и люди, которые, сами того не желая, дают Яакову пищу и кров. Но все эти дары не доставляют радости, потому что самое главное - это диалог с Творцом. Подарок или чудесное спасение имеют значение, только если проявляется Присутствие Хранящего и Дарящего. На чужбине можно и понимать, и верить, что Присутствие Творца - повсюду, однако почувствовать Его там не дано: оно всегда находится где-то рядом, но остается вне чувственного мира человека. И Яаков стремится в Землю, которая создана для того, чтобы материальное стало средством выражения духовного, которая должна приблизить человека к такому состоянию, когда не только все помыслы, но и весь спектр ощущений, порождаемый материальным телом, будут направлены исключительно на восприятие проявления Творца в мире. ...

Аврам был девяноста девяти пет, и Бог дал увидеть Себя Авраму, и сказал ему: "И дам тебе и потомству твоему после тебя землю твоего пребывания, всю землю Кнаан, во владение вечное; и буду им Всесильным". Берейшит 17:1 Отвергнув народы, строившие Вавилонскую башню, Всевышний избрал Авра'ама и приказал ему: "Уйди из земли твоей, от родни твоей, из дома отца твоего в Землю, которую Я укажу тебе" (Берейшит 12:1). Здесь на этой Земле Всевышний обещает дать Авра'аму потомство, неисчислимое, как звезды небесные, которое сможет сделать то, что не под силу одному человеку. Потомки Авра'ама придадут всему миру человеческий облик, распространив знание о Творце среди народов, не признавших Его власть и отвергших Его милость; ухватившись за духовность, они преодолеют силы материи, скрывающие Присутствие Всевышнего, и уничтожат бесчувственность и жестокость народов мира, живущих за счет энергии этих сил, "чтобы не был больше тираном человек земной" (Те'илим 10). ...

Народ, пошедший за огненным столпом, хотел увидеть своего Избавителя. Сыны Израиля пересекали пустыню. Они шли за Всевышним и (подобно человеку, идущему за кем-то) видели Его одежды: Божественное Присутствие, одеваясь в воду и пламя, проявлялось как облака славы, защищающие народ в пути, как расступившееся море, как огонь, упавший с небес на жертвенник. Мир стал выразителем Присутствия и дал почувствовать близость Творца. А Лицо - отражение сущности - проявляется только как Тора. И познается только сердцем. Сердце ближе всего к Источнику. Через него бесконечное проникает в этот мир. Оно - подобие первой точки, с которой началось творение и к которой устремился свет, стараясь преодолеть ограниченность, возникшую с ее появлением. Этот поток неостанавливающегося и неуспокаивающегося света - рассказ о Себе. Он остается неуслышанным и непонятым до тех пор, пока сердце не найдет в себе точку соприкосновения с бесконечным - точку в точке. Тогда его биение сольется с голосом Творца, поддерживающим существование всех миров. И человек сможет внимать Божественным словам. Преодолев ограниченность, он услышит Неограниченного. "На пятидесятый день1 - не раньше и не позже, - было сказано им, - "совершите служение [работу] Всесильному на ЭТОЙ горе" (Шмот, 3:12). ...

Точка. Точка в точке. Все в точке. Начало - из точки, и конец - в точке. Конечное и бесконечное - в ней, частное и общее. И нет для тебя, в общем, ничего, чего бы не было в частном. И частное зависит от общего, и общее - от частного. ...

"И было, когда услышали вы голос из темноты, а гора пылает огнем, то приблизились ко мне главы колен ваших и старейшины ваши и сказали: "Вот показал нам Бог Всесильный наш славу Свою и величие Свое, и голос Его слышали мы из огня. Сегодня видели мы, что невозможно, чтобы говорил Всесильный с человеком, и тот продолжал бы жить. И вот зачем же нам умирать? Приблизься ты и послушай все, что скажет Бог Всесильный наш, и ты перескажешь нам все, что скажет тебе Бог Всесильный наш, и выслушаем, и исполним" (Дварим, 5:20-22,24). "И взошел Моше на гору, и покрыло облако гору. И пребывала слава Бога на горе Синай, и покрывало ее облако шесть дней; и воззвал [Всевышний] к Моше в седьмой день из облака. И вошел Моше в облако, и взошел на гору; и был Моше на горе сорок дней и сорок ночей" (Шмот, 24:15-16,18). Но если голос Всевышнего сообщил Учение во всей его полноте, почему Моше должен был подняться на гору Синай и затем пересказать народу все услышанное там? Учение может быть передано по-разному. Изложенное в сжатом виде, оно, сконцентрировав в себе всю информацию, является полным, но остается трудным для понимания и осмысления. Оно похоже на код, который поддается расшифровке, но не все способны, раскрыв его тайны, прочитать текст - многое остается непонятным даже для талантливых людей. ...

Моше получил Тору с Синая (Авот, 1:1). Творец говорил с ним Лицом к лицу, и две скрижали были отсечены от Престола Славы и опущены в материальный мир. И были они голубовато-прозрачные. Небо - совмещение противоположностей. Даже вода и огонь существуют там в единстве. Оно - граница духовных миров, отделяющая их от суеты и невечности, от земли - мира раздробленности и бесконечных изменений. Большое не поместится в малом, цельное - в разбитом, а общее - в частном. ...

"Народ увидел, что Моше долго не спускается с горы, и собрался народ к Аарону, и сказали: "Встань, сделай нам божество, которое шло бы перед нами, потому что этот человек Моше, который вывел нас из земли египетской, - не знаем мы, что случилось с ним"(Шмот, 32:1). Почему же никто не попросил Аарона, заняв место Моше, возглавить народ, а лишь потребовали от него сделать литое изображение? Разве не входил Аарон во дворец фараона и не говорил перед владыкой Египта? Разве он не был наделен силой совершать чудеса вместе с братом? Разве не был он известен как пророк еще в период рабства? Народ не хотел, чтобы человек вел их через пустыню. Вождь должен уметь осознать волю Всевышнего и передать ее без искажений. А когда Высшая воля раскрывается через одно сердце, как свет, прорывающийся из бесконечности, - исправляются все сердца. Именно этого страшились те, кто слышал звучание голоса, наполнившего собой мироздание. Они боялись потерять себя. Этот страх, родившийся на уровне подсознания, - свидетельство недостатка любви ко Всевышнему, ибо тот, кто любит, забывает самого себя. Если бы сыны Израиля, отбросив все сомнения, устремились в едином порыве к Творцу, они тут же бы убедились, что личность каждого из них не только не уничтожается Божественным "Я", а находит свое самое полное раскрытие в Нем. Свет из бесконечности сродни огню, который горит и не сжигает Моше иш а-Элоким (Те'илим, 90:1) - человека, через которого раскрывается Божественная воля и который при этом остается человеком. ...

Грех золотого тельца произошел в момент передачи скрижалей. Но причины, делающие неизбежной трагическую ошибку сынов Израиля, существовали уже тогда, когда Моше только еще достиг престола Славы. И прежде всего - неспособность внимать Божественным словам и вести диалог напрямую, а не через посланца. И поэтому Творец не открылся Моше, как Отец, дарующий благо Своим детям, а говорил, как Властелин, жаждущий исправления мира и готовящий средство спасения от греха, в котором причина несчастий и смерти. "Когда поднялся Моше в верхний мир, то увидел, что Пресвятой, благословен Он, сидит и занимается законом о красной корове" (Псикта де Рав Ка'ана, 177) - законом о приготовлении пепла, служившего средством очищения человека, прикоснувшегося к мертвому телу или оказавшегося в одном помещении с умершим: "Пусть приведут к тебе корову красную без порока, у которой нет изъяна, на которой [никогда] не было ярма. И отдайте ее Элазару, священнику, и выведет он ее за стан, и зарежут ее при нем... И сожгут корову перед его глазами... И человек чистый пусть соберет пепел от коровы и положит вне стана на чистое место, дабы было это у общины сынов Израиля в хранении для воды очистительной: это очищение от греха" (Бемидбар, 19:2-9). Но разве прикосновение к мертвому телу - грех? Ведь похоронить умершего - величайшая заповедь. Каждый (даже первосвященник), нашедший тело еврея, был обязан похоронить его. Ритуальная нечистота - не преступление, но она не позволяет человеку приблизиться к той ступени духовного совершенства, которая была потеряна после первого греха. ...

Торой созданы мир и человек. А поскольку процесс творения продолжается вечно, каждое новое соприкосновение с ней меняет людей, раскрывая их духовный потенциал и давая им новые жизненные силы. Слова Творца, прозвучавшие с горы Синай, - это эликсир жизни. Но, подобно лекарствам, они могут быть опасны при неправильном употреблении. Непонимание глубинного смысла наших источников не только вводит в заблуждение, но и вредит душе. Если агадот Талмуда, мидрашим и многочисленные комментарии не делают человека более живым, не расширяют его горизонт, а наоборот, как бы сужают мир вокруг него, цель не достигнута. Может быть, на серьезных книгах стоило бы ставить предупредительный гриф - "Осторожно! Тора!" Предназначение этой книги - приблизить читателей вместе с автором (потому что, если долго объяснять, то и сам поймешь) к пониманию Торы, чтобы, углубляясь в ее строки и анализируя слова мудрецов, знать, к чему стремиться в жизни. А если кто-то скажет, что не следует тратить драгоценное время на бесполезные искания1, так как цель - сам процесс изучения, и лучше прочесть лист Талмуда, заглянуть в комментарии на полях и в конце каждого трактата, и уж конечно не по-русски... Разрешите мне не отвечать на это возражение. Скажу только, что есть такое правило: "Изучение Торы не по правилам - такое же изучение Торы, как и ее постижение по всем правилам" (Менахот, 29а). Учил не по правилам2 и выучил - выучил, а учил по правилам и не выучил - не выучил. ...