И было жизни Сары сто лет, и двадцать лет, и семь лет -годы жизни Сары. И умерла Сара в Кирьят Арба, она же Хеврон, в земле Кнаанской. И пришел Авра'ам скорбеть о Саре и оплакивать ее. Берейшит 23:1-2 Но разве сначала скорбят, а потом плачут? Нет, плач - сначала. Когда горе свежо, как рана, льются слезы, и только потом понемногу горе переходит в скорбь. (В законах траура по близким родственникам первые семь дней после похорон называются днями плача, а период в тридцать дней - днями скорби.) Случайно ли Тора переставила эти два понятия? ...

МЫСЛЬ И ЧУВСТВО У человека есть две возможности постижения внешнего мира и всего того, что таится в нем самом: аналитические способности и восприятие с помощью органов чувств. Эти инструменты познания даны нам, чтобы каждый мог прийти к ясному и четкому пониманию постоянства и повсеместности Присутствия Творца и ощущению Его непосредственной близости. Для этого мы и были созданы. Приближение к Творцу - величайшее благо, и человеку необходим мощный потенциал, который позволит выразить радость встречи с Ним - поэтому Всевышний наделил Адама способностью говорить. Но тот, кто только получает и не умеет раскрыть свой потенциал созидания, не бывает счастлив - возможность совершать действия сделала человека способным стать соучастником творения. Но все дарованные людям инструменты не могут позволить им мгновенно соприкоснуться с бесконечным - ведь возможности человека ограничены - и поэтому, при каждом столкновении с действительностью, он способен воспринять лишь конечные элементы материи, а их Творец остается вне сферы постигаемого. Человек призван сделать рывок и выйти за предел собственных возможностей. Этот ни на мгновение не прекращающийся порыв даст осознать и почувствовать близость Творца. ...

Вот родословная Ицхака, сына Авра'ама. Авра'ам родил Ицхака. И было Ицхаку сорок лет, когда он взял в жены Ривку, дочь Бэтуэля-арамейца из Падан-Арама, сестру Лавана-арамейца. И молился Ицхак о жене своей, ибо бесплодна она. И ответил ему Всевышний - и вот должна родить Ривка. И стали дети толкаться в чреве ее, и сказала она: "Если это так - то зачем я (родилась на свет)?" И пошла спросить Всевышнего (обратилась к пророку Всевышнего, чтобы он объяснил ей природные свойства детей, которых она родит). И сказал ей Всевышний (ответил через пророка): "Два народа o в чреве твоем, и две нации из твоего чрева разойдутся. И нация от нации будет черпать силы, и старший будет служить младшему". И завершились дни ее, чтобы родить. И вот - близнецы в чреве ее. И вышел первый, весь красноватый, покрытый волосами. И назвали его Эсав. А затем вышел брат его, держась рукой за пятну Эсава, и дал ему имя (Всевышний через пророка) Яаков. И выросли дети, и стал Эсав умелым в охоте, человеком поля, а Яаков - человеком простым, сидящим в шатрах. Берейшит 25:19 - 27 Очень быстро раскрылась дурная сторона Эсава: его природная мощь и сила не нашли удовлетворения в охоте на диких зверей - он начал нападать на путников и караваны и грабить их, искать встречи с известными богатырями, чтобы помериться с ними силами. А дома он занимался другой "охотой" - обманывал отца. Он задавал Ицхаку сложные вопросы, чтобы показать, что его интересует духовное наследие семьи - учение Авра'ама, что он стремится постичь требования Творца. ...

Грех золотого тельца произошел в момент передачи скрижалей. Но причины, делающие неизбежной трагическую ошибку сынов Израиля, существовали уже тогда, когда Моше только еще достиг престола Славы. И прежде всего - неспособность внимать Божественным словам и вести диалог напрямую, а не через посланца. И поэтому Творец не открылся Моше, как Отец, дарующий благо Своим детям, а говорил, как Властелин, жаждущий исправления мира и готовящий средство спасения от греха, в котором причина несчастий и смерти. "Когда поднялся Моше в верхний мир, то увидел, что Пресвятой, благословен Он, сидит и занимается законом о красной корове" (Псикта де Рав Ка'ана, 177) - законом о приготовлении пепла, служившего средством очищения человека, прикоснувшегося к мертвому телу или оказавшегося в одном помещении с умершим: "Пусть приведут к тебе корову красную без порока, у которой нет изъяна, на которой [никогда] не было ярма. И отдайте ее Элазару, священнику, и выведет он ее за стан, и зарежут ее при нем... И сожгут корову перед его глазами... И человек чистый пусть соберет пепел от коровы и положит вне стана на чистое место, дабы было это у общины сынов Израиля в хранении для воды очистительной: это очищение от греха" (Бемидбар, 19:2-9). Но разве прикосновение к мертвому телу - грех? Ведь похоронить умершего - величайшая заповедь. Каждый (даже первосвященник), нашедший тело еврея, был обязан похоронить его. Ритуальная нечистота - не преступление, но она не позволяет человеку приблизиться к той ступени духовного совершенства, которая была потеряна после первого греха. ...

Торой созданы мир и человек. А поскольку процесс творения продолжается вечно, каждое новое соприкосновение с ней меняет людей, раскрывая их духовный потенциал и давая им новые жизненные силы. Слова Творца, прозвучавшие с горы Синай, - это эликсир жизни. Но, подобно лекарствам, они могут быть опасны при неправильном употреблении. Непонимание глубинного смысла наших источников не только вводит в заблуждение, но и вредит душе. Если агадот Талмуда, мидрашим и многочисленные комментарии не делают человека более живым, не расширяют его горизонт, а наоборот, как бы сужают мир вокруг него, цель не достигнута. Может быть, на серьезных книгах стоило бы ставить предупредительный гриф - "Осторожно! Тора!" Предназначение этой книги - приблизить читателей вместе с автором (потому что, если долго объяснять, то и сам поймешь) к пониманию Торы, чтобы, углубляясь в ее строки и анализируя слова мудрецов, знать, к чему стремиться в жизни. А если кто-то скажет, что не следует тратить драгоценное время на бесполезные искания1, так как цель - сам процесс изучения, и лучше прочесть лист Талмуда, заглянуть в комментарии на полях и в конце каждого трактата, и уж конечно не по-русски... Разрешите мне не отвечать на это возражение. Скажу только, что есть такое правило: "Изучение Торы не по правилам - такое же изучение Торы, как и ее постижение по всем правилам" (Менахот, 29а). Учил не по правилам2 и выучил - выучил, а учил по правилам и не выучил - не выучил. ...

Когда Моше, достигнув вершины горы, прикоснулся к престолу Славы, ему открылась картина будущего1 -пророчество о том времени, когда будет устранено последнее препятствие на пути Высшего блага: "...увидел, что Пресвятой, благословен Он, сидит [на престоле] и привязывает короны [венчики] к буквам" (Менахот, 29б). Три тонкие черточки (которые ставятся при написании свитка Торы над некоторыми буквами) как бы соединяют линии, выведенные пером сойфера, с пергаментом, белое поле которого символизирует свет Божественной мудрости - невидимый для глаз, но проникающий повсюду и окружающий каждое творение, чтобы поддерживать его существование. Связать конечное и бесконечное очень трудно, и черточки - начало решения этой почти неразрешимой задачи. Поняв, что в настоящем Тора не будет дарована как свет, наполняющий весь мир, а лишь как сила для борьбы с человеческим желанием закрыть свое сердце, Моше спросил: "Господин мира, кто мешает Тебе? Если есть другой человек, способный воспринять Тору, не только как буквы, но и как лучи, пронизывающие их, почему же Ты не построишь связи между мирами через его сердце, раскрывшее в себе точку, притягивающую свет?" Сказал Пресвятой, благословен Он: "Есть один человек [который родится] в конце [нескольких] поколений, и зовут его Акива бен Йосеф" (Менахот, 29б). В чем секрет человека, в заслугу которого Всевышний наполнил буквы Торы светом будущего мира для всех евреев? ...

  ...

Есть Тора из уст Всевышнего. Есть Тора из рук Всевышнего. Но ни то, ни другое люди не смогли взять. Моше разбил скрижали. Перед тем, как он бросил сапировые камни на землю, буквы взлетели ввысь - мир вернулся в прежнее состояние. Раздробленность, перемены и бег времени, ведущий к смерти, вновь воцарились в нем. Только одно сердце - то, которое не зависело от скрижалей, - по-прежнему совмещало в себе небо и землю, силы ангелов и души людей. Общее, вобравшее частности, общее, стремящееся выразить себя в каждой частности - в каждой душе. ...

"Вначале Всевышний сотворил из ничего точку. Эта точка была расщеплена, и из одной ее части образовались небеса, и сферы чистого разума, и все, что относится к воинству небесному, а из другой - была сделана земля и все, что принадлежит нижнему миру. Все существующее возникло в результате раскрытия потенциала, сконцентрированного Творцом в одной точке" (Рамбан, Берешит, 1:1). Но процесс творения не закончился когда-то в далеком прошлом, и Всевышний непрерывно творит мир из точки, поставленной Им в бесконечно белом свете: все многоликое разнообразие земного и небесного воинств постоянно возникает из нее. Однако сама точка начала начал не обрела в полной мере реальности бытия (определенности во времени и пространстве) и осталась на грани извечного и сотворенного, бесконечного и ограниченного. Она древнее любого творения, и, при этом, ее возраст - мгновение; можно указать ее конкретное место на земле1, и в то же время она существует повсюду - в каждой пылинке и песчинке мироздания - точка в точках, одна во множестве своем. ...

Увидев, что Всевышний отвечает на его просьбы, Моше решился просить завершить историю и положить конец времени ошибок и страданий, чтобы исчезла сама возможность греха и все творения запели песнь славы, которая не замолкнет уже никогда. "И сказал Моше: "Пожалуйста, покажи мне славу Свою" (Шмот, 33:18). Но Всевышний готов был дать и то, о чем он, не осмеливаясь просить, только мечтал - приоткрыть тайну блага, спрятанного до тех пор, пока люди, исправив себя, не вернутся к Богу. Если Моше сможет увидеть отблеск будущих времен, то сыны Израиля уже в настоящем обретут способность не только постигать славу Творца через Его проявление во внешнем мире, но и воспринимать бесконечный свет сердцем. Божественная слава... Восхищение, вызванное кем-то непостижимым, могущественным, творящим великие дела, но не раскрывшим до конца свой замысел и не сделавшим тебя соучастником великих начинаний. Ты стоишь в стороне, охваченный чувством трепета... То, что человек не в состоянии сделать достоянием своего внутреннего мира, осмыслив или прочувствовав, он оставляет вне себя. И это нельзя назвать благом. Неудовлетворенность, горечь, печаль, зло, несчастья рождаются из-за неумения воспринять поток Божественного добра. Темнота - свет, оказавшийся слишком сильным для глаз. Но если сердце откроет себя для бесконечности, научившись не отрицать ее проявление в мире, она превратится в небесное свечение. Пророк Йешая'у предсказывает, что человек, дождавшийся нового времени, скажет о первом дне исправленного мира: "Настало утро, а вместе с ним и ночь" (т. е. свет восходящего солнца и свет темного ночного неба засияли вместе). ...