Награды найдут героев посмертно

Награды найдут героев посмертно

No Comments
Несколько дней назад командующий Центральным округом генерал-майор Яир Наве принял решение посмертно наградить майора Банию Райна из Самарии, сержанта Алекса Бунимовича - репатрианта из Нетании, старшего сержанта Адама Горена, “кибуцника” из Мааварот и старшего сержанта Ури Гроссмана из Мевассерет Цион за мужество, проявленное ими в ходе Второй ливанской войны. Они составляли экипаж танка "Меркава-4" и вместе погибли в последний день войны, на исходе Шаббата 12 августа, в результате разрыва противотанковой ракеты. Формально они входили в состав батальона "Шалеах", однако фактически их танк был самостоятельной боевой единицей, известной на фронте как "подразделение Бания", по имени командира танка. Бания Райн не должен был участвовать в войне, поскольку не имел никакой должности. Он ожидал назначения на должность командира роты. Однако, не захотев оставаться в стороне, он собрал собственный экипаж и, получив танк "Меркава-4", занимался самыми сложными операциями в ходе войны. Одной из тех, кто в День Независимости будет получать награды за храбрость, проявленную во время второй Ливанской войны, будет доктор Марина Каминская, врач 52-го танкового батальона. Доктор Каминская была первой женщиной, зашедшей в Ливан в ходе войны. Вместе с батальоном, на своем "танкбулансе" ("танк амбуланс" – танк скорой помощи) она находилась в деревне Бинт Джбейль, спасая бойцов танкового батальона и бригады "Голани", не один из которых обязан ей жизнью. Вывезя раненых на территорию Израиля, она снова вернулась в бой, вытащив из подбитого и обстреливаемого танка командира батальона. ...
Читать далее...
Яблоки в обмен на воду

Яблоки в обмен на воду

No Comments
Во время встречи с представителями друзской общины, которые работают в сельском хозяйстве, в частности, с фермерами, выращивающими яблоки на Голанах, израильский министр сельского хозяйства Шалом Симхон выступил с инициативой, согласно которой друзские "садоводы" должны предложить сирийской стороне поделиться водоресурсами в обмен на поставки яблок. Представители общины отметили в ходе встречи, состоявшейся на контрольно-пропускном пункте Кунейтра, что передадут сирийцам предложение израильского министра. Интересно, как отреагирует Сирия на инициативу Симхона. ...
Читать далее...
Бней Акива

Бней Акива

No Comments
Французские евреи уезжают из страны

Французские евреи уезжают из страны

No Comments
За последние 5 лет около 14000 евреев Франции репатриировались в Израиль. Еще 50000 собираются в ближайшее время последовать их примеру или иммигрировать в США. Основной причиной такого шага является враждебное настроение по отношению к евреям арабской молодёжи. Дополнительным стимулом к отъезду евреев из Франции послужило убийство Илана Халими в прошлом году ...
Читать далее...
Каштан Анны Франк придется срубить

Каштан Анны Франк придется срубить

No Comments
Городской совет Амстердама принял решение срубить "каштан Анны Франк". Старое раскидистое дерево фигурует в дневниках Анны Франк в качестве символа покоя и надежды для маленькой еврейской девочки в то время, когда она вместе с семьей пряталась от нацистов.Причиной для такого решения стал тот факт, что каштан, которому уже 150 лет, поражен грибковым заболеванием, и возникла опасность его самопроизвольного падения. Анна Франк несколько раз упоминала этот каштан в своем дневнике, который она вела в течение 25 месяцев до тех пор, пока в августе 1944 года не была арестована вместе с родными. "Почти каждое утро я выбираюсь на чердак, чтобы выдохнуть из легких душный воздух", - писала Анна 23 февраля 1944 года. – Со своего любимого места я могу видеть голубое небо и голый каштан, на чьих ветках маленькие капельки дождя блестят подобно серебру, а еще я вижу чаек и других птиц и то, как они парят на ветру. ... "Мне кажется, что до тех пор, пока все это существует, я могу жить, чтобы видеть солнце и безоблачное небо, пока это есть, я не могу быть несчастлива", - писала Анна. ...
Читать далее...
Срок резервистских сборов в  Израиле сократится

Срок резервистских сборов в Израиле сократится

No Comments
Минобороны Израиля планирует провести реформу резервистской службы в стране. Предполагается, что максимальный срок резервистских сборов достигнет 54 дней в течение трех лет, из которых 25 дней солдаты будут заняты непосредственно учениями Для офицеров срок резервистской службы составит 84 дня в течение трех лет. Закон предусматривает также увеличение максимального срока службы в случае возникновения экстренной ситуации. Решение об этом сможет принять министр обороны. Таким образом, в случае новой войны с одним из соседних государств, израильских резервистов можно будет призвать на 108 дней в течение трех лет. ...
Читать далее...
234aktualia

Борьба с советским Амалеком и победы евреев над самими собой

No Comments
  Когда я в первый раз зашел в большую, красивую, единственную уцелевшую после войны синагогу в Риге, сохранившуюся благодаря тому, что фашисты расположили в ней конюшню (остальные синагоги были сожжены, а центральная – вместе с людьми), я неправильно прочел надпись над «арон а-кодеш» - ковчегом для свитков Торы. Там были написаны слова «Благословен Б-г, что не дал их зубам растерзать нас» (Теилим 124:7). А я прочел «…не дал им двоим растерзать нас». Причина ошибки простая: «лешинейем» (их зубам) и «лешнейем» (им двоим) – слова очень похожие. Но стоя в этой уцелевшей синагоге, я подумал, что ошибка была «правильной». Так тоже можно прочитать этот псалом в наше время. И эти двое, от которых нас спас Б-г, не дав уничтожить нас полностью, – Гитлер и Сталин, да сотрутся их имена. Два Амалека, две катастрофы, физическое уничтожение евреев и уничтожение их душ.   С тех пор, как я стоял в рижской синагоге и разбирал надпись над арон а-кодеш, прошло двадцать с лишним лет. Сегодня я живу в месте, расположенном между Йерушалаимом и Хевроном на дороге праотцев, и из нашего поселения видно Храмовую гору. У нас в доме, в Неве Даниэль, гостит семья из Америки. Муж и жена – лет шестьдесят с лишним – не говорят на иврите, но мы легко находим общий язык, хотя мой разговорный английский далек от совершенства. Нас связывает больше двадцати лет дружбы. И началась она в тяжелые годы в ныне покойном Союзе, откуда на протяжении десяти лет я и моя семья пытались выбраться в Израиль. Тогда, года двадцать два назад, советские власти не хотели давать Пэм Коэн визу на въезд. Отказ во въездной визе был самой высокой оценкой ее деятельности, направленной на спасение советского еврейства, и она сама была рада ему больше, чем Нобелевской премии за мир. В конце концов, благодаря усилиям хельсинкской группы диссидентов удалось пробить ей визу в Москву. Мы встретились на одной квартире, в которую набился отказной народ, но к тому времени мы уже были хорошо знакомы по телефонным разговорам. Она навестила меня и мою семью, и мы долго говорили. В последний ее вечер в Москве я приехал в гостиницу (что было небезопасно), где она остановилась, и мы сидели в лобби с ее помощником. Пэм плакала, не переставая. Плакала о евреях, погибающих физически и духовно. Среди отказников были люди, которые ждали разрешения на выезд больше двадцати лет, были больные, которых лечение на Западе могло бы спасти, были изгнанные со всех работ, были осужденные и отбывающие сроки, были преследуемые ГБ, были дети, которые жили в ненормальных условиях и подвергались ежедневным издевательствам в школе (некоторые из них получили отказ на выезд еще до своего рождения и когда подросли, образовали группу «второе поколение в отказе») и многие, многие другие. Была и другая проблема: евреи, не связанные ни с Израилем, ни с еврейством. Они никогда не подавали на выезд, не интересовались Израилем, понятия не имели ни о Торе, ни о своей истории. Большинство из них погибали духовно, погибали для еврейства, для будущего Израиля, и когда мне говорили: «Подожди, через пять-десять лет все равно будет большой выезд», я отвечал: «Через десять лет вам некого будет вывозить». Мне казалось, что интенсивная ассимиляция мозгов и тел прикончит все. Был ли я прав - не знаю, но так я понимал ситуацию. Пэм плакала в гостинице на глазах у всех, будто у нее только что случилось какое-то горе. Она не могла прийти в себя от всего, что она увидела и услышала, встречаясь с людьми на квартирах, от отчаяния евреев, от проявления ими твердости духа – от всего. Мне было не по себе. До того, как я увидел, как плачет еврейка, познакомившаяся с «еврейством молчания», как называли нас, я сам не понимал всю трагичность положения. Мне казалось, что в моих ушах зазвучали слова пророчества Амоса: «Упала, больше не встанет дева Израиля, брошена на земле ее, кто ее поднимет?» (5:2). Знакомство с посланцами Пэм, приезжавшими из Америки по туристическим визам, убегавшими от своих навязчивых гидов и встречавшимися с отказниками на квартирах, началось за год до нашей встречи в Москве. В то время у меня произошел разрыв с моими предыдущими «контрагентами». Основным из тех, кто помогал религиозным (и не только религиозным) группам отказников, был Джинджи из Англии. В восьмидесятом году он решил, что если евреям не дают выехать, то нужно распространить «идишкайт» в Союзе. Такой план не мог спасти большое число людей от ассимиляции, и был обречен на провал: борьба за Тору без борьбы за свободу невозможна. Но жизнь внесла свои коррективы, и распространение знаний Торы стало не только изучением ее основ, но и протестом, бескровным сопротивлением. Тора ожила, стала важной и действенной, превратилась в силу освобождения от советской ментальности и подсказала, как воспитывать детей. Общение с приезжавшими мудрецами Торы и интересными людьми было принципиально важным и помогло выжить духовно и физически. Я, со своей стороны, старался собрать на квартирах как можно больше отказников и просто евреев, чтобы они могли услышать живое слово Торы и получить возможность общения. Джинджи сделал из своего дома в Лондоне штаб-квартиру. Находил желающих поехать в Союз, инструктировал очередную пару, отправлявшуюся в Москву, снабжал их книгами, необходимыми вещами и кошерными продуктами, потом отвозил на своей машине в аэропорт, а затем встречал, привозил к себе, записывал рассказы и отчеты. И так – годами! Один раз он приехал сам, и нам удалось переговорить. Но в какой-то момент все начало портиться. Приезжие начали говорить, что нужно учить несколько человек Талмуду и Галахе, а встречаться с большим числом людей для них опасно. В это же время в отказническом движении начались ссоры и борьба за лидерство. В этом нет ничего страшного, как в любой конкуренции, но это было не для меня, так как превратилось в политику, далекую от Торы. К тому времени каждый вечер у меня был урок на квартирах. Учили недельные главы, пророков, Мишну, Гемару. Всегда любой разговор был связан с Землей Израиля. На второй седер Песаха меньше пятидесяти человек не собиралось, Пуримшпиль играли несколько раз – все желающие не могли войти сразу. Я принял решение сражаться в одиночку. Я объяснил Джинджи, что не хочу заниматься пятью-семью мальчиками, развращать их подарками из-за границы и вариться в склоках узкого круга. Отношения накалялись, и я попросил забыть мой адрес и телефон, чем, конечно сильно обидел его, но даже мысли о том, чтобы оставить встречи с большим числом евреев на квартирах и самую различную деятельность, как ксерокопирование и распространение литературы, я не мог допустить. Народ поднимается, на твоих глазах происходит чудо возрождения… и тут отойти в сторону, заняться изучением Талмуда в узком кругу – и только? Тот, кто говорит, что у него нет ничего, кроме Торы – даже Торы нет у него. ...
Читать далее...
Шват –  месяц нашей борьбы за Йонатана Полларда

Шват – месяц нашей борьбы за Йонатана Полларда

No Comments
Как вы, вероятно, помните, дорогие читатели, прошлый еврейский месяц – Шват – был объявлен нами «месяцем борьбы евреев СНГ за освобождение Йонатана Полларда». С тех пор мы получили немало обращений, листов с собранными подписями под петицией к израильскому руководству, писем со словами поддержки Йонатану. А один из наиболее активных участников акции – Дина Борщевская из Киева – прислала нам стихотворение, написанное ей 23 швата, в день голодовки и международного телемоста, который был посвящен Полларду и борьбе за его освобождение.   Месяц Шват. Двадцать третье Швата. ...
Читать далее...
234glava

Недельная глава Ки Тиса.Монета

No Comments
   Названия недельных глав в Торе, как правило, содержат намёк на содержание всей главы или хотя бы первых стихов. Глава Ки Тиса  является одним из исключений, учитывая тот факт, что слово "тиса" может означать "прощать" (Берешит 4:13), "нести" (Берешит 37:25), "поднимать" (Берешит 40:30), "приносить клятву " (Шмот 20:7), "принимать" (Шмот 23:1), или "проводить перепись", как в нашей недельной главе. Речь здесь идет об обязанности каждого взрослого еврея – сдать полшекеля серебра на строительство оснований, поддерживающих шесты и стены Мишкана – переносного Храма, строительство которого продолжает обсуждаться в этом недельном разделе. Так объясняет это место комментатор Раши, цитируя Талмуд (Мегила 29б). Объясняя стих 3: "И вот что должен заплатить каждый… половину шекеля...", - Раши цитирует  Мидраш Танхума, который говорит, что Бог показал Моше монету из огня, говоря ему что "вот это" и есть то, что должен дать в ходе предстоящей переписи населения каждый взрослый мужчина. Комментируя Тору, Раши обычно старается исходить из простого понимания текста. Возникает вопрос: как этот комментарий Раши «по-простому» помогает нам понимать текст Торы?! Анонимный комментатор 19-го века задаёт вопрос: почему Всевышний показал Моше "огненную монету", а не обычную блестящую серебряную монету? Он же объясняет, что Всевышний не говорил Моше о монете, а описывал то настроение, которое должно сопровождать процесс передачи этой монеты в фонд Храма. Быть частью еврейского сообщества подразумевает собой намного больше, чем просто «платить взносы» в фонд общины. Когда человек удостаивается права быть «посчитанным», он должен, дав свою монету, спросить самого себя: какие обязательства накладывает на меня этот членский взнос? "Огненная монета" символизирует рвение, которое должно сопровождать выполнение заповедей – то есть тех задач, которые возложены на каждого из нас как члена еврейского сообщества. В современном мире примером «огненной монеты» может служить отношение к Израилю и репатриация в Эрец Исраэль. Алия требует настойчивости на пути к достижению цели, ясного представления о смысле миссии, чтобы присоединиться к тем, кто в наше время осуществляет выполнение еврейского предназначения и продвигается к строительству Храма. ...
Читать далее...
234 elon-1

Месяц Адар, строительство Мишкана и заповедь «просто быть евреем»

No Comments
  «Пока разум не исчезнет вовсе...»   Пишет Маараль из Праги о празднике Пурим: ...
Читать далее...