610

Заповеди праздника

March 6, 2004 Автор: рав Зеев Мешков - No Comments
Каждый человек — будь то мужчина или женщина, обязан слушать чтение Мегилат Эстер вечером и утром (141:7).
Многие авторитеты считают, что в Пурим не произносят песнь благодарности Всевышнему («Аллель»), так как чтение Мегилат Эстер заменяет его.
Но ведь мы читаем свиток, в котором рассказывается о спасении народа от неминуемой гибели и ни разу не упоминается имя Всевышнего. Можно ли такие чтения назвать благодарностью?

Да.
Благодарность невозможна без понимания того, что было сделано для тебя. Только когда ты поймешь, чем пожертвовал твой спаситель ради тебя, ты испытаешь настоящее чувство благодарности к нему. В период Вавилонского плена мы пытались скрыться от Б-га и Он скрыл Себя от нас. Мы не хотели Его «видеть», и Он скрыл Свое лицо, но Его рука всегда была с нами. Чтобы осознать Его великую милость, мы благодарим Его, не упоминая о Его вме­шательстве в ход истории. Каждый должен помнить, что мы оскорбили Его и Он скрыл Себя от нас, но по-прежнему управлял ходом событий и спас нас от неминуемой гибели.

Мишлоах манот


Каждый человек в день Пурима обязан послать два вида еды хотя бы одному еврею, как сказано: «И посылка угощений от человека его ближнему» (Мегилат Эстер, 9:22). Угощением называется то, что готово для употребления в пищу без дополнительной готовки. Тот, кто пошлет больше угощений — и не одному, а нескольким своим друзьям, — достоин похвалы.
Посылая друзьям блюда к праздничному столу (подобно тому, как подданные считали за честь послать изысканные яства царственным особам), мы подчеркиваем превосходство и признаем заслуги ближнего. В этот день мы восстанавливаем нашу общность: каждый отодвигает свое «я» перед «я» другого. Посылая друг другу угощения к праздничному столу, мы стараемся подчеркнуть, что к друзьям мы относимся с таким уважением, которого удостаиваются только цари. И когда каждый жертвует своими личными устремлениями и амбициями, раскрывается то общее, что объединяет нас, — союз с Б-гом.

«Иди собери всех евреев», — велела Эстер Мордехаю. «Всех» — потому что одному человеку было бы не под силу спасти народ. Еврейские сердца стали той отправной точкой, с которой началось возвращение Б-жественного Присутствия. Хотя не было ни Храма перед глазами, ни Святой Земли под ногами…

«И для евреев был свет, и радость, и веселье…» (Мегилат Эстер, 8:16). Каждый еврей говорит в своем сердце: «Мои друзья — цари, перед силой которых отступает зло. Царям платят дань за то, что они охраняют и спасают от врагов, а я посылаю им угощение».

Матанот леэвьйоним


Но если средства человека ограничены, то лучше вместо того, чтобы умножать подарки знакомым или покупать продукты для праздничной трапезы (на которую обычно приглашают своих близких), помочь нуждающимся, ибо нет большей радости для Всевышнего, когда радуется сердце неимущего, сироты и вдовы. Всякий, кому удается обрадовать несчастных людей, похож на Шхину (раскрытие Присутствия Творца в этом мире), как сказано «Оживить дух униженных и оживить сердце людей раздавленных» (Йешаяу, 57:15; Кицур Шулхан Арух, 122:1).

Даже человек, живущий на подаяние (не говоря обо всех остальных), обязан дать подарки двум беднякам (Мегилат Эстер, 9:22). В Пурим, когда дают цдаку, не выясняют, действительно ли нуждается человек, а помогают по мере возможности каждому, кто протянул руку. Тот, кто живет в месте, где нет бедных, пусть отложит деньги, чтобы передать их нуждающемуся в помощи человеку, как только встретит такого (Кицур Шулхан Арух, 122:3).

Заповедь помочь нуждающемуся вечная: распространяется на все времена года и дни недели (в субботу не дают цдаку, но приглашают в гости, чтобы напоить и накормить неимущих). Но в Пурим она обретает дополнительный смысл, настолько важный, что превращается в особое повеление: дать подарки двум беднякам.

В этот день мы не только стремимся помочь бедным, а раскрываем Тору через наши сердца. Тора не входит в сердце, ом­раченное печалью, и мы ищем евреев, которые попали в беду, и стремимся вернуть им радость, чтобы и они (а вместе с ними и весь народ) удостоились нового света.

Адэй ад делояда

Чудо Пурима связано с вином (Эстер стала царицей после того, как Ахашверош, сердце которого развеселилось от вина, велел привести на пир Вашти, а та отказалась прийти; на пиру у Эстер Ахашверош распорядился повесить Амана). Поэтому наши мудрецы обязали нас пить в этот день до состояния опьянения. Так заповедали они нам: «Должен каждый человек в Пурим пить вино до тех пор, пока он не перестанет различать арур Аман («проклят Аман») и барух Мордехай («благословен Мордехай»), и уж, по крайней мере, пусть еврей выпьет больше обычного в память о великом чуде и приляжет вздремнуть, чтобы, когда он спит, не различать «проклят Аман» и «благословен Мордехай» (Кицур Шулхан Арух, 122:6). И действительно, кто-то исполняет эту заповедь при помощи вина, а кто-то предпочитает прилечь поспать и, таким образом, на время отключить свой разум.
Заповеди и исторические события, связанные с каждым из праздников, это рассказ о раскрытии Б-жественного Присутствия. Песах и Шавуот — при выходе из Египта, когда расступилось море, а затем прозвучал голос Всевышнего с горы Синай. Суккот, приходящийся на день начала строительства переносного Храма в пустыне, доносит до нас отблеск Шхины, вернувшейся в стан евреев после четырехмесячного отсутствия из-за греха золотого тельца. Рош а-Шана и Йом Кипур приближают нас к высшей духовности в ответ на стремление преодолеть силу сокрытия внешнего по отношению к человеку мира, сотворенного в месяце Тишрей. Пурим — раскрытие Присутствия Всевышнего через внутренний мир человека: прямая и непосредственная связь с Творцом, выражающаяся в том, что Б-жественное желание рождается прямо в сердце еврея.

Но для того, чтобы стать единственным инструментом приближения к истине, когда разум отказывается помочь, оно должно быть абсолютно чистым от греха, скрывающего правду. Благословенны праведники, достигшие состояния внутренней чистоты, — «благословен Мордехай». А когда сердце абсолютно чисто от греха, исчезает корень зла и во внешнем мире и — «проклят Аман».                                                                       

Посылка явств и пуримская трапеза.
Венеция, 1609 г.